Дорогие мои, вечно спешащие на работу, с работы, пытающиеся успеть везде и всюду, уверенные в том, что если не вы, то кто же?... Стоп. Переведите дыхание. Рядом с вами живут люди, которые являются настолько ценными и важными источниками информации, что остается только удивляться... И немного сожалеть о том, что нам, по большому счету, не знавшим лишений и тягостей, вряд ли когда-нибудь доведется пожить такой же насыщенной жизнью, как нашим бабушкам и дедушкам. Уж они-то могут рассказать намного больше интересных историй, чем книги. Поговорите со своей бабушкой... Или с дедушкой, который живет по соседству. Уверяю, вы не пожалеете.

В качестве примера опишу историю жизни моей бабули, Грищенко Зои Николаевны. Ей приятно рассказывать, мне – слушать. И делать выводы. Ну что, к самым истокам? Тогда приглашаю вас в 1922 год.

Октябрь, 29 число. В небольшом городке Шуя Ивановской области в семье повара и ткачихи родился первенец – девочка Зоя, моя бабушка. Позже в этой семье на свет появятся еще трое детей: две девочки и мальчик, инвалид от рождения.

«Как жили? Бедно. На съемных квартирах. Часто переезжали. Сильное впечатление из детства – раскулачивание семьи моей подруги. Их было восемь человек. Мать, отец и шестеро детей. Собралась вся улица, с собой несчастным «кулакам» разрешили взять только небольшие узелочки с какими-то вещами. Всех посадили на повозку и увезли... В ссылку», – рассказывает бабушка.

Спрашиваю, чем питались. Вздыхает. «Щи, капуста, огурцы... Мясо – роскошь. Мясо – по праздникам». Еще один тяжелый вздох: «Папа умер, когда мне было 12 лет. Вере (сестре) исполнилось 4 годика, Соне – 6 лет, Юре (бра­-
ту) – 9. Маме тяжело было нас всех прокормить, я – старшая. Представляешь, зимой каждую ночь брала санки и в лес за дровами. Люди по двое из каждой семьи ходили. Все взрослые. Мужики рубят, а я сучки обламываю. Нарубят, сколько нужно, впрягутся в свои санки по двое и чуть ли ни бегом обратно, в город. А у меня на валенках лед намерзал. Скользко, а идти в гору. Я валенки сниму, воткну их между дров, и босиком... Страшно, холодно, плачу... И так каждую ночь. Летом дрова связывали и на спинах носили».

Слушаю про эти дрова, и сердце замирает. Поражаюсь. Восхищаюсь. Смогли бы вы повторить подобное и не заболеть? На протяжении нескольких лет каждую ночь... Смогли бы?!

Но злосчастные дрова уходят из повествования... «После семи классов средней школы поступила в техникум, который окончила перед войной, в 1940 году. Училась на помощника мастера прядильного цеха. Хорошо училась. И отдыхать успевала! На танцы очень любила ходить. У меня было одно-единственное платье, днем – в техникум, вечером – гулять. Дралась! Чужих девчонок била. По ночам воровали с друзьями на полях капусту, ели вместо фруктов. А потом война».

При слове «война» я всегда невольно за­крываю глаза, будто силюсь спрятаться от пяти этих жутких букв. А ведь наши дедушки и бабушки жили во время войны!!! Хлеб получали по карточкам. Спрашиваю, кому сколько хлеба давали. Бабуля отвечает: «Служащим – 400 граммов, рабочим – 600. Детям и иждивенцам – по 300. Но я получала по килограмму, потому что два раза в месяц сдавала кровь. Думаешь, килограмм хлеба – это много? Килограмм того хлеба – это практически ничего. Он был мокрым, тяжелым, с кусками мороженой картошки внутри и еще бог знает чем...»

Бабушка, а любовь? «Любила одного. Ушел на фронт. Пропал без вести. В войну познакомилась с мужчиной, жили вместе, но так и не расписались. В 1944 году родилась Галя». Так на свет появилась моя тетушка, отец которой также пропал без вести на фронте. А дальше? «Дальше, Элечка, судьба свела меня с твоим дедом. Отношения зарегистрировали. Мне дали квартиру, жили все вместе у нас. В 1947 умерла мама от рака желудка. В этом же году мы с Яшей уехали к нему на родину на Украину».

Там было не легче. «Я была беременна. Яша поехал на западную Украину искать работу, а я осталась у его родителей в деревне. Представь, устье Днепра и Десны. Каждую весну всю Хатьяновку заливает. Старые домики. Разруха. И жуткий голод... Сына родила прямо в хате. Врачей не было. Только повивальная бабка пришла. Мальчика я назвала Сашей». Мой дядя. Все, что я знаю о нем – был жгучим красавцем. Умер 28 октября 1974 года. В 26 лет... Естественно, я видела только фотографии этого загадочного человека, у которого была поступь кота и кошачья же грация, во всяком случае, так описывает его моя мама.

«Саше еще месяца не было – я поехала в Черновцы за твоим дедушкой. Детей отдала в ясли, устроилась работать на трикотажную фабрику. И все бы ничего, да Яшу осудили за воровство государственного бензина. Приго­вор – 13 лет лишения свободы. Подставили его, конечно. Я осталась в чужом городе с двумя детьми и козой, которую твой дед привез из деревни. Накормила ее однажды кукурузной крупой, она у нее в желудке разбухла, и сдохла моя коза...» – смеется. «Потом я смогла собрать все документы, доказывающие Яшину невиновность. Пять с половиной лет собирала. Освободили, судимость сняли».

Все вроде бы наладилось в жизни моих бабушки и дедушки. Но после стольких лишений они все же остались романтиками... Им предложили переселиться в Крым, обещали дом у моря. Согласились. В 1956 году родилась моя мама. В 1957 они уехали на юг.

«Это ужас... 50 километров от моря, работа в колхозе. Дали дом в рассрочку на 10 лет. Света в деревне не было. Галя и Саша ходили в школу в соседнее село, каждый день – 8 км туда и обратно. Танечка маленькая была совсем. На что жили? Нам как переселенцам дали ссуду. Купили корову, поросенка, кур. Я устроилась работать продавцом, дед твой – гидротехником. Спустя полгода мы переехали в соседнее село. Трудились на виноградниках, зарплату стали давать два раза в месяц. Потом нас пригласили работать на кролеферму. Я стала заведующей. Ездила на ВДНХ в Москву, получила медаль за трудовое отличие. Наша ферма была образцовой в районе. Яша купил подержанный «Шевроле», отремонтировал его. На море часто ездили! Потом оба вышли на пенсию. Воспитывали внуков. Так и жили».

И уже мои воспоминания: дед был очень добрым. Бабушка отругает – он приласкает, пожалеет... И еще – хозяйственный. Какой у нас был сад!!! Персики, абрикосы, яблони, вишня, черешня, малина, ежевика, крыжовник, не говорю уже об огурцах, томатах, клубнике, умопомрачительных розах и т. д. Хозяйство – просто немыслимое: овцы, козы, свиньи, нутрии, кролики, куры, гуси, утки, индюки... Мое детство прошло в раю.

Дедушка умер в 1988 году от рака желудка. Бабушка, пока могла, жила в Крыму. Потом мы забрали ее сюда. Я вижу – она тоскует. И очень часто говорит: «Как скучна ваша жизнь! Мне было трудно, но так интересно!.. А что в старости будет вспоминать ваше поколение, ты сама?»

То, что ты мне рассказала, бабушка. Каждое слово... Поговорите со своими близкими. Пусть они расскажут вам свои истории. Вам понравится. А они почувствуют, что вы их любите и гордитесь ими.

Поговорите...

Эльнара ФЕЙЗУЛЛАЕВА