«К сему Федор Прядунов руку приложил…»

И его нефтепромысел стал предтечей основания Чибью (Ухты)
Его, выходца из народа, лично принимала императрица Анна Иоановна. Он, самоучка, стал открывателем серебряно-свинцовых руд в Поморье. Из добытого им и его товарищами, архангельскими рудоискателями, серебра в 1736 и 1737 годах отчеканены рубли, а найденные ими серебряные самородки (крупнейшие в стране по сей день) описаны Михайло Ломоносовым в «Минералогическом каталоге». И, наконец, именно Федору Савельевичу Прядунову было суждено стать одним из первых нефтяников в стране. Организованный им в 1745 году на реке Ухте (в районе поселка Водный близ ручья Нефтьель) нефтепромысел оказался первым в России подобным сооружением для добычи «горного масла» (так называли тогда нефть).

Владимир Маслов (слева) и Виктор Васяхин, вспоминая, как они работали над бюстом Прядунова, снова готовы обратиться к его образу, даже создать новый проект монумента.

По иронии судьбы и в современных реалиях его имя оказалось связанным с металлом. В Ухте в 1982 году переулок Металлистов был переименован в переулок Прядунова.
Как Прядунов «горное масло» добывал…
«1745 году…по определению берг-коллегии…по прошению архангелогородца Федора Прядунова велено в Архангельской губернии в Пустозерском уезде в пустом месте при малой реке Ухте завесть нефтяной завод…» Таково было распоряжение берг-коллегии (правительственный орган, созданный Петром I для управления «горным делом», поисками и добычей полезных ископаемых) по поводу появившегося в Печорском крае нефтяного промысла. В архивном документе сказано: «Понеже означенного минерала до сего в России во изыскании не было и оной в заведении состоит первой». До этого времени нефть в нашу страну привозили из Персии: с промыслов Бакинского и Дербентского ханств. Но «завод» возник отнюдь не на пустом месте. Впервые о нем упоминается в книге «Путешествия академика Ивана Лепехина», изданной в Петербурге в 1805 году. Там приводится такой факт: в 1721 году житель Мезенского уезда Григорий Черепанов, рудознатец, заявил в берг-коллегию о нахождении им на Ухте, в Пустозерском уезде, нефтяного ключа. Тогда образцы нефти доставили в Петербург, но дальше Указа об исследовании месторождения дело не пошло. Возможно, Прядунов знал об этом, и, бывая по торговым делам в этих краях, «сыскал» тот нефтяной ключ. Налаженное им нефтяное производство выглядело следующим образом: над нефтяным ключом был сооружен колодец, укрепленный тринадцатью рядами бревен, из которых шесть рядов были углублены в землю, а семь находились на поверхности. Глубина колодца – полтора метра. От «быстро текущей воды» ключ ограждался «каменной крепостью» – плотиной. Некоторые исследователи предполагают, что помимо добычи нефти Прядунов на своем заводе занимался ее перегонкой, или «двоением» (делением исходной жидкости на две части) – «через куб с водой перепускал». В 1746 году он отправил образцы нефти в Голландию местным «докторам и физикам», а в 1748 году, после того, как прядуновскую нефть доставили в Москву и в лаборатории берг-коллегии осуществили ее перегонку, получив керосиноподобный продукт, Указом было велено на заводах Тульских, Алексенских и других пользоваться нефтью, добываемой на Ухте. Известно, что и Михайло Ломоносов в своей лаборатории занимался перегонкой именно ухтинской нефти. По условиям берг-коллегии Прядунов должен был докладывать о положении дел дважды в год. Для работ на заводе он ежегодно привлекал несколько «человек с пашпортами», с которыми расплачивался «хлебом и харчами», по 35-40 рублей на человека. Имеются данные, что Прядунов не всю свою продукцию продавал в казенные учреждения, но и вел розничную торговлю в Москве. Начиная с 1748 года нефть применяли для «аптекарских потреб», для военных целей и иллюминации. Но использование нефти как лекарства иной раз приводило к печальным последствиям. Главная медицинская канцелярия послала жалобу в сенат с тем, чтобы запретить «…неиспытанного площадного лекаря врачебную практику». Прядунова начали преследовать, а брошенное нефтяное хозяйство тем временем смыло паводком. А в 1752 году за неуплату «десятинного налога» с добытой нефти (35 рублей 23 копейки) он был заключен в долговую тюрьму, где в 1753 году умер, так и не повидавшись с семьей. Некоторое время его дело продолжал сын Степан, потом промысел перешел к другим владельцам – вологодскому купцу Андрею Нагавикову, а затем к Яренскому купцу Михаилу Баженову. «Завод Прядунова» проработал еще несколько лет. За 22 года здесь было добыто 220 пудов нефти, что составило около трети «горного масла», полученного Россией за весь XVIII век. Наследникам Федора Савельевича завод вернулся в 1782 году по результатам судебной тяжбы.
А камень и ныне там…
«Что мы, потомки, сделали для того, чтобы увековечить подвиги наших рудознатцев, землепроходцев XVIII и последующих веков? Что мы имеем сегодня? Улицу имени Федора Прядунова в Ухте да памятный знак на месте сидоровской скважины в районе поселка Водный. Вот, пожалуй, и все», – сокрушался ухтинский краевед Анатолий Козулин. Еще два десятилетия назад он предлагал преобразовать памятный знак у поселка Водный в мемориальный комплекс, на котором начертать имена рудознатцев Григория Черепанова, Федора Прядунова и его сына Степана, и многих других. В 2005 году к 260-летию со дня основания прядуновского нефтяного промысла возле Дома быта «Сервис» был установлен закладной камень. Предполагалось, что на этом месте появится мемориальный комплекс, посвященный Прядунову. Прошло уже четыре года, и лишь высеченные на гранитной плите слова напоминают о забытой идее. Ухтинцы уже ранее интерпретировали в искусстве свое видение судьбы знаменитого землепроходца. Маслов, например, под впечатлением одной из лекций Анатолия Козулина о Прядунове написал портрет помора углем, чтобы лучшим образом передать его упорство и суровость по отношению ко всем превратностям судьбы. Портрет, написанный спонтанно, стал началом целой «прядуновской» серии: художник представил в образе рудоискателя нескольких людей, в том числе и самого Козулина. Смекалка первого нефтяника не оставила равнодушным и Виктора Васяхина, который еще в середине 80-х годов слепил из гипса бюст Прядунова и подарил его публичной библиотеке. Когда в городе объявили конкурс по созданию памятника Прядунову, художники решили объединить творческие силы. «Созданный мастером образ волей-неволей начинает приобретать его черты, а когда мы работаем в тандеме, рождается нечто третье», – объясняет причину их соавторства Виктор Васяхин. Как вспоминают художники, к работе они подошли серьезно. Особенно их интересовало, как жили поморы и старообрядцы, во что одевались и каких традиций придерживались. Им важно было придать образу достоверность, чтобы Прядунов стал узнаваемым, хотя документальных свидетельств о его внешности не сохранилось. «Серьезный взгляд, сосредоточенность, предчувствие трагического финала. Такова суровость Севера. Между тем это гениальный для своего времени человек, с пытливым умом и неугомонным характером, придумавший уникальную технологию добычи нефти», – говорит Владимир Николаевич. На его взгляд, Прядунов мог быть похож по типажу на своего научного биографа Анатолия Козулина, который был родом почти из тех же мест, что и он (Великий Устюг Вологодской области). С Анатолием Николаевичем скульпторы неоднократно консультировались в период работы над бюстом, пока тот не одобрил один из вариантов. Никто тогда и не предполагал, что дальше макета (высотой 25 сантиметров в масштабе 1:50) дело так и не сдвинется. Тогда предпочтение ни одному из проектов не отдали, а потом и вовсе о них забыли. По мнению главного архитектора города Татьяны Зеркаленковой, проект ухтинских художников не отвечает масштабам выбранного для установки памятника места. «Здесь, на центральной улице, нужно что-то более грандиозное, а бюст Прядунова, на мой взгляд, может стать украшением тихого переулка», – считает она. В прошлом году Владимир Маслов снова обратился к образу Прядунова, используя все тот же бюст. На этот раз художник представил рудоискателя в старообрядческой одежде – сермяге (кафтане) и шапке, вложив ему в руки горящую лампадку как символ зарождающейся нефтегазовой отрасли. Но и такому Прядунову, видимо, еще долго не стоять около Дома быта «Сервис», так как у города нет для этого финансовых возможностей.

При подготовке материала использованы книги: «Ухтинский нефтеносный район», Вологда, 1909 год; «Ф.С. Прядунов – исследователь и предприниматель в Коми крае» (Методико-библиографические материалы к 300-летию со дня рождения), Сыктывкар, 1994 год; «Нефть и газ Коми края». Сборник документов и материалов, Сыктывкар, 1989 год; статьи Анатолия Козулина: «Федор Прядунов – рудоискатель, нефтяник» («Нефтяник», 1985, № 2), «Легенда об источнике «горного масла»» («Красное знамя», 1990, октябрь), «Миф, реальность, мечта…» («Геолог Севера» 1996 год, № 13)

Вот что получилось у Владимира Маслова, когда он на основе созданного ранее бюста представил Прядунова в полный рост.

Проект монумента Федору Прядунову авторов Владимира Маслова и Виктора Васяхина.

Сегодня лишь камень у Дома быта «Сервис» напоминает о забытой идее.

***В 1752 году за неуплату «десятинного налога» с добытой нефти (35 рублей 23 копейки) Федор Прядунов был заключен в долговую тюрьму, где в 1753 году умер, так и не повидавшись с семьей.


Татьяна ПАШИНСКАЯ pashinskayaatnepsite [dot] com
Фото Александра СКОРНЯКОВА

Комментарии

Изображение пользователя Datuyte.
Всё-таки лучше не просто голову сделать, а скультурную композицию вполный рост!
Изображение пользователя Datuyte.
Прядунова черпающего нефть с поверхности реки. может так?

Отправить комментарий

Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
КИНО
«Ледниковый период 4»

Анимация, США, 2012 год, по 1 августа.

Вся афиша

Универсальный справочник Ухты
Предприятия, учреждения, магазины нашего города и многое другое

Смотреть справочник

Акции

Фотогалерея

Свадьба Проверка документов

Последние комментарии

Сейчас на сайте

Сейчас на сайте 2 пользователя и 17 гостей.

Пользователи на сайте