Николай Тихонович в течение десяти лет созидал будущую Ухту.

«В начале марта месяца я прибыл в Архангельск, откуда должен был отправиться частью на лошадях, частью на лыжах на Ухту. Предстояло проехать около 1200 километров... Осматривая обнажения пород на Ухте, я вдруг услышал со стороны одного сопровождавшего меня старика замечание такого рода: «40 лет я езжу с геологами по этой реке, 40 лет геологи стучат молотком на этих камнях, а нефти все нет», – так вспоминал свое первое знакомство с Севером геолог, впоследствии доктор геолого-минералогических наук, профессор Московского нефтяного института Николай Николаевич Тихонович. На Ухте он нашел не только нефть. Благодарные горожане не остались в долгу. К 100-летию со дня рождения ученого 21 декабря 1972 года улица в поселке Дальний была названа его именем. Спустя десять лет на этой улице на здании средней школы № 13 появилась памятная доска с барельефом геолога.

Первое знакомство

Он родился в Харькове в 1872 году в семье земского врача, в трехлетнем возрасте осиротел. Дед с отцовской стороны, профессор Харьковского университета и директор гимназии, предоставил средства для обучения. Затем, уже за рабатывая самостоятельно, Тихонович окончил Харьковский университет, избрав спе циальностью геологические науки. Еще два года совершенствовал свои знания в Московском университете у профессора Вер надского, зарабатывая средства к жизни уроками и литературной работой. Писал он замечательно, вел дневники, печатал статьи в журналах.

Будучи сотрудником Геологического комитета, Тихонович проводил самостоятельные геологические исследования в степях Семипалатинской области, в Павлодарском и Каргалинском уездах.

С 1900 года служил в конторе артезианского бурения фон Вангеля в Москве и по его поручению ездил в том же году зимой на Ухту, чтобы восстановить имеющиеся у этой фирмы заявки на нефтяные участки, а в 1901 году летом для предварительного исследования этих участков. Свои воспоминания об этих поездках геолог запечатлел в путевом очерке «Мое первое знакомство с Северным краем».

Первое десятилетие XX века Тихонович много ездит по стране, постепенно переходя к геологическим исследованиям на нефть. Становление его как ученого происходит именно в это время. Он работает в Кустанайском и Актюбинском уездах Тургайской области, Мугоджарских горах, Оренбургской и Самарской губерниях. Несколько раз бывал на Сахалине, около года проработал в Швейцарии в Женевском университете, потом в Японии в Геологическом и Зоологическом музеях.

Бурная деятельность прервалась неожиданно: в ноябре 1928 года его арестовали по так называемо му «делу Геолкома» («Дело о контрреволюционной шпионско-вредительской организации в нефтяной промышленности СССР»). Приговорили к высшей мере на казания, которую заменили на 10 лет лагерей, а затем «при креплением» к лагерю – печально знаменитому Ухтпечлагу. При этом в следственных органах ему предложили опи сать маршрут на Ухту, перечислить, что надо взять в дорогу из снаряжения.  Побывав дважды в тех краях, он без труда такую справку дал и был назначен научным руководителем Ухтинской экспедиции.

И снова…Ухта

Благодаря тому что Тихонович много писал, сохранились его воспоминания о первых днях пребывания на Ухте в составе Ухтинской экспедиции ОГПУ. Он прибыл сюда со второй партией 13 октября 1929 года вместе с Яковым Морозом и Иваном Косолапкиным. «Мы жили в маленьком домике, бывшей конторе «Русского Товарищества «Нефть», занимая вместе с Гинзбургом и Кузбасовым одну комнату, а в другой комнате помещались наше геологическое бюро и музей, который мы начали организовывать», – рассказывал Николай Тихонович.

На месте Скважины № 5 он сам забил кол, а потом не раз вспоминал, как они все вместе героически ее бурили: «Никаких механических средств для поднятия и передвижения тяжестей, даже конской силы, у нас не было, и постройка огромной вышки, для ко торой пришлось перетащить несколько брусьев, доходивших до 2,5 тонны ве сом, – все это было совершено людьми. Подъем 10-тонного котла на гору был совершен всем составом экспеди ции, который впрягся в лямку». Эта скважина да ла результат небывалый: в пер вый же день четыре тонны нефти.

«Я счастлив, что работаю»

Главное внутреннее ощущение от этого тяжелого отрезка своей жизни он выразил словами: «Я счастлив, что работаю». За 10 лет пребывания в Ухтпечлаге ученый прошел путь от начальника геологического сектора до руководителя созданного им научно-исследовательского бюро. Тихонович был автором многих перспективных планов разработки полезных ископаемых Ухтинского района. Под его руководством составлена геологическая карта бассейна реки Печоры. Он предложил шахтный метод добычи нефти на Яреге.

Тихонович не раз ездил в командировки в Москву: в Госплан СССР, Главнефть, присутствовал на сессии Международного геологического конгресса. И нередко ему приходилось доказывать, что Тиманская нефтеносная провинция имеет большие перспективы. «Что мешает до сих пор постройке железной дороги? Общее неверие в ресурсы.

С одной стороны, говорят о неограниченных ресурсах, а с другой – недовольство тем, что есть, – упорствовал геолог. – Ухто-Ижемский район со держит достаточный комплекс полезных ископаемых, лесных и сельскохозяйственных возможностей, что бы оправдать постройку соответствующих участков магистрали».

Его выступление возымело действия: при нем в 1938 году началось строительство железнодорожной магистрали Котлас–Ухта–Воркута, которое длилось три года. Николай Николаевич был уверен, молодому поселку требуются не только дороги. Ему удалось организовать научно-исследовательское бюро при геолого-топографическом отделе Ухтпечлага (ныне Тимано-Печорское отделе ние ВНИИГРИ). Он настоял на том, чтобы Печорский горный техникум (ныне Ухтинский горно-нефтяной техникум) был переведен в Чибью. Добился создания образцового музея пород и полезных ископаемых края, чтобы наглядно демонстрировать результаты работы комбината. Придерживался идеи последующего преобразования музея из узкого геологического в краеведческий, и это потом произошло. В конце 30-х он заговорил о необходимости создания в Коми научно-исследовательского центра как филиала Академии наук СССР (в 1941 году в Сыктывкаре организована сначала База АН СССР, затем преобразована в Коми филиал АН СССР).

Срок истек

В 1938 году его срок заключения истек. В письме к начальнику Ухтижемлага в 1939 году он попросил позволения уйти в отставку: «Чтобы не стать в свои 68 лет совсем инвалидом, я и решил окончательно не возвращаться на постоянную работу на Ухту. Я имею на это полное право не только формально, но и морально. В самом деле, проработать 10 лет подряд без отдыха, из них только два в положении заключенного, получив уже более двух лет тому назад освобождение».

Ему разрешили уехать в Москву, где он стал работать в Московском филиале ВНИГРИпод руководством Василия Сенюкова. Занимался исследованием саратовского газа, преподавал в Московском нефтяном институте. Его ученик, доктор геолого-минералогических наук профессор Долицкий, запомнил своего учителя общительным и жизнерадостным человеком, хорошим оратором. Удивлялся, как в свои 70 лет он энергично работал и даже ездил в геологические партии.

Символично, что другой знаменитый геолог Андрей Яковлевич Кремс приехал в Ухту в год отъезда Тихоновича. Да и судьбы обоих геологов схожи: оба были репрессированы и отправлены в лагерь на Север. Оба потеряли сыновей: первые умерли в раннем детстве, старшие погибли на фронте. У Николая Николаевича осталась внучка, которую он очень любил. Она умерла вскоре после его кончины.

Он умер в 1952 году в Москве, оставив после себя более 100 опубликованных работ, в том числе монографии и научные статьи.

При подготовке статьи были использованы воспоминания и работы Н. Тихоновича, материалы А. Козулина ( «Ухта», 1992), воспоминания доктора геолого-минералогических наук В. Долицкого; И. Гараевская, В. Юрченко «Н.Н. Тихонович и ухтинская нефть» (Нефть и газ России XIX – XX веков, Историкодокументальная выставка, Москва, 2004).

Благодарим за помощь главного библиографа отдела краеведения Городской публичной библиотеки Риту Федорович, директора музея УГТУ Евгению Зеленскую.

Вернувшись в Москву, Николай Тихонович (слева) работал в Московском филиале ВНИГРИ под руководством Василия Сенюкова (Москва, конец 40-х годов).

Площадь Связи – 1 402 кв. м (48 метров в длину, 29 метров в ширину). Фото 1968 года. Фото из книги «ФОТОЛЕТОПИСЬ УХТЫ», 2008 год.

В Ухте Первомайская площадь – 8 535 квадратных метров (94 метра в длину, 90 метров в ширину); Комсомольская – 6 000 кв. м (200 метров в длину, 30 метров в ширину); площадь Мира – 5 868 кв. м (389 метров в длину, 15 метров в ширину); Октябрьская площадь – 4251 кв. м (548 метров в длину, 7, 7 метра в ширину). 

Самая большая площадь в мире Площадь Тяньаньмэнь в центре Пекина (Китай) – 440 тысяч квадратных метров (880 метров в длину, 500 метров в ширину). Площадь может одновременно вместить 1 миллион человек.

Данные по Ухте предоставлены Управлением архитектуры и градостроительства Ухты и из сети Интернет

Татьяна ПАШИНСКАЯ, pashinskaya@nepsite.com