Для Гайнуллы и Прасковьи Ахмадуллиных марш Мендельсона прозвучал... только через 50 лет после бракосочетания. Золотая свадьба, которую устроили юбилярам дети, стала для них полной неожиданностью. О секретах полувековой совместной жизни, о том, как исполняются желания, о своих трудностях и радостях супруги рассказали читателям «НЭП+С».

Первенец Руслан в семье Ахмадуллиных появился на свет в 1960 году. На снимке Руслану три месяца. Фото из архива семьи Ахмадуллиных

Июнь 1956 года, башкирская деревня Дюртюли. 26-летняя заведующая сельским клубом Прасковья Федорова взяла коромысла, ведра и пошла на родник за водой. Когда она возвращалась домой мимо правления колхоза, к ней подошел парень и попросил воды напиться. «Пейте, мне воды не жалко», – ответила Паша. Утолив жажду, молодец вдруг обнял ее и поцеловал в щеку. «Мне так стыдно было, хотела дать ему по физиономии, да руки заняты были, – смеясь, вспоминает Прасковья Кирилловна. – А потом разговорились, дальше – больше, стали встречаться».

Шофер колхозной трехтонки ЗИС-5 Гайнулла Ахмадуллин ухаживал за Пашей почти год: приходил в клуб, терпеливо ждал, когда она закончит работу, потом провожал до дома. 22 апреля 1957 года молодые люди расписались в сельсовете. Все прошло очень скромно: ни золотых колец, ни фаты, ни шампанского, ни свадебного марша. Зато были задорные песни и пляски под гармошку.

Свежеиспеченные супруги переехали жить к мужу в соседнюю деревню Каракашлы. Но работали по-прежнему в Дюртюлях, где находилась центральная усадьба колхоза. Гайнулла также ждал Прасковью после работы, а она учила молодежь петь и танцевать. Бывало, парни подходили к мужу и спрашивали: «Можно с Пашей потанцевать?» Поначалу он только отмахивался, мол, танцуйте. Но как-то раз не выдержал и отбрил кавалеров. Сказал: «Я не для вас женился. Вот женитесь сами и танцуйте со своими женами», – улыбается Гайнулла Нуруллинович.

В то время жизнь в деревне была нелегкой. Платили сущие копейки, да и то не всем: труд большинства колхозников вознаграждался не настоящими деньгами, а не поддающимися объективному учету трудоднями. В общем, Ахмадуллины решили искать свое счастье в городе. Как раз в деревню в отпуск приехал племянник Прасковьи, проработавший сезон в сейсмопартии в Ухте. Он-то и расхвалил прелести Севера: и платят там нормально, и жилье дают, а в магазинах такое изобилие, что в Башкирии и не снилось.

В ноябре 1958 года супруги Ахмадуллины сошли на перрон ухтинского вокзала, где их никто не встречал. Долгая дорога «съела» все деньги, на последние купили семечки, коими переселенцы и питались три дня. Именно столько они просидели в старом деревянном здании вокзала. «Таком, что если бы сильный бык боднул рогами, оно бы точно развалилось», – говорит Прасковья Кирилловна. Когда кончились семечки, пешком пошли на первый отдельный лагерный пункт (ОЛП-1) – сейчас это поселок Дежнево. Там находилась контора сейсмопартии, куда вновь прибывшие рассчитывали устроиться на работу.

Однако все оказалось не так просто. «Гайнуллу брали хоть сейчас, а мне сказали, что по моей специальности работы нет», – вздыхает супруга. Узнали, что нужны люди на кирпичный завод. Там ситуация повторилась: мужчину тут же приняли, Прасковью вежливо попросили подождать, мол, как только появится вакансия, мы вас вызовем. Глава семьи вновь сел за баранку, Ахмадуллиным дали отдельную комнату в мужском общежитии. Для Прасковьи началось томительное ожидание. «Я очень переживала, каждый день плакала. А как же?! Молодая здоровая женщина, детей еще нет, и должна сидеть на шее у мужа... Зачем тогда сюда приехала?» – объясняет она. Муж пошел в заводской отдел кадров и в красках передал слова своей половинки. Сотрудники прониклись: «Ладно, пусть приходит».

Сначала вместе с тремя своими товарками толкала по рельсам громоздкую тележку с кирпичами, которые затем так называемые садчики «сажали», то есть укладывали, в огромные печи. Бригада толкальщиц начала с 10 тысяч штук кирпичей за смену, постепенно дошли до 15 тысяч. «Да еще покрикивали: «Грузите больше!» Ведь заработок зависел от количества», – делится Ахмадуллина. После окончания первого рабочего дня она пришла домой не чуя под собой ног. Но постепенно втянулась и проработала на кирпичном заводе (на разных участках) вплоть до выхода на пенсию в 1982 году.

Гайнулла там же привычно крутил баранку, возил продукцию на грузовике, затем перешел на автопогрузчик. «Мне друг посоветовал: «Генка, что ты там по колено в грязи катаешься? Садись на погрузчик: и работа почище, и платят больше», – вспоминает он. Гена – именно так татарина Гайнуллу называли его русскоязычные коллеги. «У нас вообще в семье полный интернационал, – считает Прасковья Кирилловна. – Я чувашка, муж татарин, мы знаем по три языка. А дети – только русский».

Первенец, названный Русланом, в семье Ахмадуллиных появился на свет в 1960 году. Через два года Прасковья родила дочь Римму. «Еще когда ходила беременной, все время молилась: «Господи, дай мне девочку! Чтобы глаза у нее были красивые, как звездочки, чтобы волосы были волнистые, как у меня, и чтобы она была умная, как моя сестра-отличница Марфа. Все так и вышло» – с удовлетворением говорит мать. А когда в 1967 году родился второй сын Радик, впору было поверить в судьбу. «Я еще в девичестве мечтала: выйду замуж только за любимого человека и рожу ему троих детей, двух мальчиков и девочку. Надо же, как все совпало», – до сих пор удивляется Прасковья Кирилловна.

Полвека пролетело как один миг. Всякое бывало в отношениях между супругами, в том числе, конечно, и ссоры. На вопрос, каков рецепт столь долгой совместной жизни, Гайнулла Нуруллинович ответил предельно просто: «Когда один кричит – другой молчит». А еще в семье Ахмадуллиных не было места ревности. Хотя ситуации случались разные... «Он у меня шутник. На заводе с женщинами заигрывал, щупал их. Они кричат: «Паша, забери своего!» А я только смеюсь: «Ничего, вам хоть какое-то разнообразие...» – с удовольствием вспоминает молодость Прасковья Кирилловна. Гайнулла Нуруллинович оправдывается: «Да куда я денусь, после смены все равно только домой. Некогда было глупостями заниматься: частенько по две смены вкалывали, а дома дети...»

Именно дети совместно с работниками городского загса 21 апреля 2007 года и устроили «золотым супругам» сюрприз. Все было как на настоящей свадьбе: марш Мендельсона, первые в их жизни обручальные кольца, танец молодоженов. Впрочем, еще до той деревенской свадьбы умелец Гайнулла подарил невесте серебряное колечко, сделанное собственными руками из монеты. Но нынешний обряд стал настоящим праздником для этих простых работящих людей, проживших в мире и согласии добрых полвека, воспитавших трех достойных детей и теперь пестующих шестерых внуков и внучек. Совет вам да любовь на долгие годы!

1986 год

Зарегистрировано 1 120 браков
На сегодня 507 из них расторгнуто

1996 год

Зарегистрировано 703 брака
На сегодня 251 из них расторгнут

2006 год

Зарегистрировано 1 124 брака

На сегодня 11 из них расторгнуто

Олег ЕВЛАМПИЕВ evlampiev@nepsite.com